часть пролива. Испанская эскадра стояла на якорях в заливе. Кораблей - Гудел клаксонами мобилей на перекрестках,...

часть пролива. Испанская эскадра стояла на якорях в заливе. Кораблей

насчитывалось шесть.

Фло с Питером разглядывали форт. Прибегать к подзорным трубам,

биноклям или иной оптике, как в старину, им было незачем: Зародыш дал на

мониторы изображение с тридцатикратным увеличением, самостоятельно менял

ракурсы и каждую пушку, каждый ствол выделял светящейся меткой и коротким

звуковым сигналом.

- Кэп! Наши коллеги на траверзе!

"Орхидея" была обращена к проливу левым бортом. Справа приближались

три корабля: уже знакомый кеч "Колибри", небольшой ладный бриг и

трехмачтовая гафельная шхуна с вызывающе яркими желтыми триселями.

- Ага! Союзнички, - оживился Капитан. - Замечательно. Шлюпку!

Переговоры заняли всего час. Все это время команда "Орхидеи" не

спускала глаз с форта и пиратской эскадры. Фло вернулся насвистывая старую

пиратскую песню:

Я жду, когда снова порадует море ветрами,

И полным бакштагом пойдет гордый парусник наш.

На мачте взовьется, как птица, черное знамя,

И вновь прозвучит команда: "На абордаж!"

- Ну как, Кэп? - спросил Зборовски, встречавший у трапа.

Фло поднялся на палубу, сделал три шага и обернулся. На фоне

парусников его помощник выглядел восхитительно по-флибустьерски, особенно

повязка на глазу. Правда, картину слегка портило отсутствие огромного

кривого тесака.

- Атакуем, Питер! Прямо сейчас. А эти монстры. - Фло кивнул на

пиратов, - доведут разгром до конца.

Зборовски повеселел.

- Кстати, - сообщил он, - я починил сканер. Эта чертова попугайская

глушилка сожгла все приемные цепи.

- Спасибо, Питер.

Они молча зашагали в рубку. Фло стал у штурвала.

- Команда, готовы?

- Рубка-три, готовы, сэр! - доложил Капелька.

- "Орха" - готовы, сэр! - сказал Арчи.

- "Дея" - всегда готовы! - бодро гаркнул Лу.

Юнга Слава Лебедев почему-то засмеялся.

- Хо-хо! Вперед, корсары!

На Фло снизошло боевое вдохновение.

Заурчали водометы, Зародыш во все датчики следил за испанцами.

Тримаран встал на крылья, описал шикарную дугу и рванулся в узкий пролив.

Артиллеристы в крепости, не сводившие глаз с пришельцев под "Веселым

Роджером", поднесли к пушкам зажженные фитили. Зародыш только этого и

ждал: термосканер, нащупывал готовые выстрелить орудия, компьютер посылал

туда снаряд с упреждением в секунду-другую. Над фортом вставали

смертельные дымно-черные грибы взрывов. Слэш прошелся на вертолете, едва

не задев флагшток с золотисто-пурпурным флагом, и выстриг из бортовых

пушек и четырех "Вулканов" все, что только мог.

- Прекрасно, - сказал Фло. - Залив наш. Очередь за эскадрой.

Питер, уже с минуту не отрывающийся от мониторов, вдруг тихо сказал:

- Капитан, среди испанцев "Санта Розалины" нет.

Фло опешил. Такого он даже в мыслях не допускал.

- Как нет?

Питер пожал плечами:

- Смотри сам. Есть "Валенсия", "Сен-Санчес", "Бутрагеньо", "Реал",

"Андалузе" и "Санасьон".

"Орхидея" мчалась вперед, прямо на парусники. Пираты-союзники как раз

входили в залив.

Второй форт, внутренний, подавили одним залпом. Недолго возились и с

эскадрой: спустя полчаса союзники уже вовсю хозяйничали на почти не

поврежденных судах противника.

Фло стал мрачнее тучи.

Пленный испанский гранд, капитан "Сен-Санчеса", сказал, что "Санта

Розалина" отбыла в Картахену. Собственно, это совпадало с исторической

правдой. Она затонула у Канар, выйдя именно из Картахены и пересекши

Атлантику. Бухту Маракайбо "Санта Розалина" покинула только вчера.

Перехватывать ее сейчас не имело смысла - капитан Фло сообразил: ну вышлют

из Картахены другую каравеллу с золотом, ну затонет она у Канар... Не в

названии ведь дело.

Решили слегка пополнить золотой запас за счет Маракайбо, выспаться и

отдохнуть, а потом караулить "Санта Розалину", курсируя вдоль северного

побережья Колумбии и Венесуэлы.

Пираты с парусников уже успели обстрелять город, высадить до зубов

вооруженный десант и начать грабеж.

Скоро сползли тягучие летние сумерки. Звенели тучи москитов - если бы

Зародыш не включил радиозащиту, экипажу "Орхидеи" пришлось бы довольно

туго.

На берегу, в городе, пылали костры, слышались выстрелы и крики.

Впрочем, скоро город затих, зато на кораблях пираты продолжали гулять.

Ветер разносил далеко над заливом пьяные песни, смех, громкую ругань.

Дележ добычи назначили наутро.

"Орхидея" замерла неподалеку от "Колибри". Все спали, только Арчи

Элмер остался на вахте. Он сидел в рубке, пил горячий кофе, которого Ван

специально наварил целый термос, поглядывал на обзорные экраны и дулся с

Зародышем в странную компьютерную игру, подцепленную в русских программах

- нечто среднее между шашками и бадминтоном. Зародыш выигрывал.

Забей заряд, и стань на фитиля,

- доносилась хмельная пиратская песня -

Купчина лезет прямо на рожон!

За тесаки, ребята, помолясь,

Ведь с нами бог, и шкипер дядя Джон!

Дважды приходил Юстас; обойдя рубку, лизнув руку Арчи и вылакав по

чашечке холодного кофе без сахара, он удалялся, поскольку все было

спокойно.

Перед рассветом луна села и стало совсем темно. Арчи вышел на палубу,

побродил на свежем воздухе. Откуда-то взялись крупные летучие мыши -

целыми стаями они носились над заливом.

Арчи Элмер, двадцатишестилетний шалопай из Нью-Кросби, который верил

лишь в море, нунчаки и удачу, а о чем-то серьезном задумывался крайне

редко, вдруг осознал, что мир, которого он в сущности не знает, прекрасен.

Эта тихая ночь, когда в сорока футах внизу ласково шепчет теплая волна,

когда ветер доносит терпкие солоноватые запахи, когда над головой мелькают

бесшумные тени рукокрылых и незримой хрустальной пеленой висит вокруг

тихий звон москитов - разве не такой же она будет через три столетия?

Правда, в море к тому времени будет больше нефти и меньше живности, а в

воздухе больше углекислоты... Но все равно - мир велик и бесконечен, а

любой человек, и безудержный грешник, и аскет-праведник, неизбежно уйдет

из этого мира...

Тихий шорох привлек внимание, оторвав от раздумий. Шорох доносился с

кормы.

"Юстас, что ли? - подумал Арчи, вглядываясь в сумерки. - Пойду

взгляну..."

Он спустился по трапу в твиндек второго уровня. Юстаса в вольере не

было; дверь на корму, конечно же, оставалась открытой.

Арчи не успел ничего больше разглядеть, потому что его сильно ударили

чем-то твердым по затылку и чудный мир, о котором он только что с

благоговением думал, вмиг погрузился во тьму.

Пират с "Колибри", бородатый детина в рваной тельняшке, не успел

порадоваться своему успеху: с рычанием на него напал сэр Юстас, а что

такое сэр Юстас в бою не дай бог кому узнать!

На корму карабкались новые "гости", сжимая ножи и сопя от нетерпения.

Потревоженный шумом Бимс проснулся и заорал на весь второй уровень:

- Полундра! Абордаж! Измена!

Нападавшие дружно ринулись в твиндек, но команда "Орхидеи" уже

получила предупреждение. Бесшумно отворилась дверь и первый защитник

выскочил из каюты. Ближайший корсар-бородач взмахнул длинным ножом...

К несчастью для него этим первым оказался Гордон Лу. Нож с тихим

свистом рассек пустоту, а пират вдруг с удивлением обнаружил, что не может

вдохнуть и не чувствует под собой палубы. В следующее мгновение он мирно

потух в углу, у вольера. Лу голой пяткой своротил челюсть следующему.

Мортимер с Дейзи, спина к спине, отмахивались у своей каюты. Ларри

спросонья сломал ногу какому-то коротышке и тот орал не своим голосом,

потому что все по нему топтались. Оскар, поработав немного кулаками,

вспомнил наконец о револьвере и, решив что "так надежнее", метнулся в

каюту. Зборовски, подобрав в темноте саблю, яростно рубился с кем-то у

первого склада.

Ван Баттум, огрев ближайшего неприятеля рукояткой кухонного ножа по

уху, догадался включить свет в твиндеке. Молочные панели вспыхнули с

секундным запозданием.

Юстас на корме сбил с ног четвертого пирата и не позволял своим

пленникам встать.

Фло вышвырнул из капитанской каюты сразу двоих. Несколько корсаров

поспешно поднимались по трапу на третий уровень.

Оскар уложил двоих из револьвера и тут кривой нож вонзился ему в

плечо.

Крики, хрип, проклятия, свистящее дыхание...

Новые и новые пираты забирались на корму "Орхидеи".

Бруно Кертис, сообразив, что к корме пристали шлюпки, вылез в

иллюминатор из каюты, перебрался через фальшборт, попутно сбросив кого-то

в воду, и полез на верхнюю палубу, цепляясь за стойки стабилизаторов.

Из камбуза выскочил взъерошенный юнга с автоматом наперевес.

- "Орхидея" - на палубу! - ломающимся голосом закричал он и дал

первую очередь, повыше, над головами. Пули, высекая искры из обшивки

твиндека, загрохотали о сталь. Один светильник разлетелся вдребезги,

брызнув осколками белого пластика.

Лу, Питер и Ван Баттум послушно упали на пол; Бегемот уже и так

лежал; Дейзи и Мортимер ретировались в каюту, Фло с Ларри - в другую.

Слава вновь нажал на спусковой крючок.

В тот же миг Бруно, достигший ходовой рубки, включил водометы и

"Орхидея" лягушкой прыгнула вперед.

Слава не устоял, потерял равновесие; пули загрохотали о палубу.

Корсары тоже попадали - кто от пуль, кто от рывка.

Тримаран несся прямо к проливу; в кильватере у него болтались две

большие шлюпки, прихваченные к кормовым кнехтам крепкими манильскими

тросами. Когда "Орхидея" рванулась с места часть пиратов полетела за борт,

остальные упали на дно. Высокие буруны захлестывали неуклюжие, задравшие

нос шлюпки.

В этих широтах светает очень быстро, буквально за несколько минут.

Пираты рассчитывали захватить "Орхидею" на рассвете, и пока длилась битва

на корме, ночь растворилась без следа.

Пролив перегораживали бриг и шхуна с желтыми парусами. Капитаны

пиратов, сговорившись завладеть чудесным кораблем, делали все, чтобы не

выпустить его из бухты.

Бруно, чертыхнувшись, отвернул. Пальцы исполнили на клавиатуре

понятный - Зародышу танец. Ожил авторулевой. Итальянец схватил автомат и

ринулся прочь из рубки.

На палубе как раз показались первые захватчики, поднявшиеся по

кормовому трапу.

Фло, отобрав у Славы автомат, перебил оставшихся в твиндеке и

поспешил на третий уровень, в боевую рубку. Лу метнулся на корму, Ван - к

раненому Оскару, остальные спешно вооружались.

Тут очнулся и Арчи.

Грянул выстрел с "Колибри"; авторулевой, гонявший по кругу, резко

изменил курс. Новый толчок сбил с ног почти всех: Фло едва не сверзился с

крутого трапа, Ван ткнулся лицом прямо в окровавленную руку Бегемота,

отчего тот заорал басом, как грешник на сковороде.

Пираты наверху горохом покатились по палубе, а Бруно, перевалившись

через леера, вверх тормашками полетел в воду. От неожиданности он выпустил

в небо всю обойму. За пилон уцепиться ему не удалось и, подняв тучу брызг,

Бруно окунулся точно между средней и правой секцией. "Орхидея" сразу же

оставила его далеко за кормой; сэр Юстас, верный своим обязанностям, уже

плыл ему на выручку, расстелив по воде большие лопухастые уши и мощно

загребая лапами. Мимо, вздымая крутобокую волну, пронеслись на буксире

шлюпки; пираты в них молились и ругались наперебой.

Четверка, которую прежде держал пес, поднялась и скопом насела на

Арчи, но тот уже успел извлечь из рукава свои верные нунчаки.

Гордон Лу, видевший падение своего дружка Кертиса, решил, что

"Орхидея" осталась без управления и ловко полез по станинам кормовых

металлорезок к основанию стабилизатора.

Марк, Крис, Ларри и Слава, непрерывно стреляя, ворвались на третий

уровень по мидель-трапу; Фло - по кормовому. Пираты отступали, карабкались

наверх, на палубу. Осталось их всего семеро. Троих положили в боевой

рубке, одного на трапе.

Арчи Элмер отправил последнего противника за борт, остальные трое

валялись на корме без признаков жизни - крепкие дубовые палочки и

человеческая голова понятия не очень-то совместимые, а если и совместимые,

то с плачевным для обладателя головы исходом.

На втором уровне, кроме трупов, остались только бедняга Слэш, да

перевязывающий его кок. Арчи поспешил к трапу.

Снова прогремел пушечный выстрел, но на этот раз "Орхидея" не

изменила курса: ядро разорвалось в стороне.

Последний из уцелевших пиратов на пути к рубке замер, потому что

оттуда вышли четверо с автоматами.

Фло нажал на курок, но магазин опустел и пират все еще стоял

живехонек. Глаза их встретились; М-72 лязгнул, ударившись о палубу. И

тогда пират сообразил, что пощады ждать нечего, что он уже, в сущности

мертвец, и метнул с проклятием нож, желая отомстить напоследок вражескому

капитану.

Неизвестно, что сталось бы с Фло. Он продолжал стоять прямо, даже не

шелохнувшись. Время вдруг замедлило свой размеренный и неизменный бег,

пригвоздив его к месту. Вот медленно опустилась рука, метнувшая нож; вот

вскидывает автомат Крис Дейзи; вот нож, вращаясь лениво и неспешно,

приближается...

Мягко перекатившись через спину Гордон Лу ногой отбивает смертоносный

клинок в сторону, встает...

...звякая, нож прыгает по палубе...

- Стоп! Не убивайте его!

Но поздно: Лу в высоком прыжке наотмашь бьет пирата ногой по

физиономии, а Крис всаживает в падающее тело пулю.

Пират мертв.

Фло, придя в себя, чертыхнулся.

- Это зря. Он бы мог нам кое-что рассказать.

Арчи поднялся по трапу, расслышав только последние слова.

- Вам необходим язык, Кэп? На корме валяются по меньшей мере три.

Фло, переступив через мертвого пирата, направился в рубку.

- Бруно Кертис за бортом, сэр! - громко сказал ему в спину Горди.

- Знаю, - устало ответил Фло. - Сейчас...

Зборовски уже взял управление на себя. Зародыш, прочесав сканером

каждый квадрат залива, отыскал плавающих Кертиса и сэра Юстаса среди

десятка еще не потонувших пиратов.

"Орхидея" пошла на разворот. Палуба опустела: Фло скрылся в рубке,

остальные спустились на второй уровень. Марк, Арчи и Слава вязали пленных,

Лу помог голландцу отвести Оскара в каюту, Крис вышел на корму и вскинул

автомат.

Два выстрела - и шлюпки, до сих пор волочившиеся следом, клюнули

носом и отстали. Остатки веревок Крис сбросил в воду.

Через минуту подобрали Бруно и Юстаса. Все это время они проплавали

бок о бок. Хорошо - лето, море теплое... А хотя, в этих широтах холодов и

не бывает.

С одежды Бруно струйками стекала вода, нюф отряхивался с чувством

выполненного долга.

Мертвых вышвырнули за борт акулам на прокорм.

- Куда пленных, сэр? - вызвал Арчи Капитана.

- В третий склад... - голос Фло звучал озабоченно. - Где боцман?

Все переглянулись. Выяснилось, что Капельку с самого начала боя никто

не видел.

- Ищите! - скомандовал Фло. - Везде!

Однако Капелька нашелся сам. Кряхтя, он поднялся снизу, с первого

уровня. Скоро стало понятно, почему он кряхтел: тащил за шиворот двух

пиратов, избитых и покорных.

Напротив камбуза он остановился, бросил тела и вытер вспотевший лоб.

- Фу-у! Эй, кто-нибудь, помогите, там внизу еще трое.

Капитан облегченно засмеялся:

- А я уж испугался, Эрвин... Всегда ты все втихомолку делаешь.

В который раз Капитан убедился, что его Команда - лучшая в мире.

Оставались пираты на "Колибри" и двух кораблях поддержки. Они снова

напомнили о себе выстрелом. Неудачным - ядро разорвалось, далеко не

долетев до "Орхидеи".

- Мортимер, Дейзи - в рубку! Остальные - помогите Вану и юнге

прибрать.

Фло всерьез рассердился. "Колибри" под шумок успел отойти к проливу.

Видимо, пираты все еще надеялись не отпустить "Орхидею" на волю.

- Торпеды! На уничтожение! - скомандовал Фло. - Нечего с ними

цацкаться. Испанцев тоже ко дну.

Марк занялся наведением на цели. Одна за другой короткие, меньше трех

футов, смертоносные сигары понеслись к обреченным парусникам, вспенивая

спокойные воды Маракайбо. Взрывы кромсали чуткую утреннюю тишину.

Пираты в заливе молча наблюдали, как "Орхидея" потопила всю испанскую

эскадру с помощью своего непонятного оружия, светлой молнией метнулась

навстречу, а потом вдруг отвернула и птицей понеслась через мелководье,

окутанная белопенным ореолом.

Шкипер "Колибри", Джон Бест, именуемый своим сбродом "дядей Джоном",

бывший союзник Фло, громко выругался. Тройной диковинный корабль,

оказывается, мог ходить по мелкой воде, как это дико не звучит. Они

проиграли.

Поняли это и другие пираты. Чудесный корабль ускользнул. Ну и пусть:

у их ног все сокровища Маракайбо, с ними по-прежнему бог и шкипер дядя

Джон, и делиться ни с кем не надо...

Поэтому они без особого волнения глядели на три светлые черты,

тянущиеся к каждому из кораблей.

Три взрыва прозвучали одновременно.

"Орхидея" уходила в море, спеша в Картахену. Позади остался

ограбленный город, останки девяти парусников и еще один выигранный бой.

"Веселый Роджер" гордо развевался на голо-стеньге.

Впереди ждала "Санта Розалина".

Обыскать боковые секции никто из команды Фло не удосужился.

А зря. Паршивая вещь недостаток опыта.


^ 5. ТЕРМИНАТОР (КРЕЙСЕР-УБИЙЦА)


Истребители прошли над "Орхидеей" спустя девять часов. Перечеркнули

небо серебристыми стрелками и исчезли за горизонтом.

Тримаран успели вычистить и отдраить от крови, лишь вмятины от пуль в

титановой обшивке напоминали о недавней схватке. Пленников допросили и

высадили на берег где-то в районе будущей границы Колумбии и Венесуэлы.

Фло был мрачен. Команда видела, что Капитану не по себе и каждый

старался как мог подбодрить его. Ван Баттум поднапрягся и подал к обеду

кроме тривиального черепахового супа сразу два экзотических блюда: нечто

южноамериканское, вроде люля-кебабов, только побольше и гнутых, словно

молодой месяц, и еще странный гибрид овощного рагу с салатом из лангустов,

щедро приправленный специями. Все, включая Юстаса и Бимса, отдали должное

усилиям кока. Матросы громко переговаривались, причащались остатками

португальского и зыркали на хмурого Капитана, украдкой, исподтишка.

И тут Зародыш засек истребители. Они не атаковали, пронеслись в

пронзительно-голубой вышине, напоминая, что Бейкер не дремлет.

- Полундра! - встрепенулся Бимс. - Абордаж!

Но самолеты вскоре ушли и попугай успокоился.

- У-у, прихвостень бейкеровский... - проворчал Кертис без особой

злости.

Фло вздохнул:

- Да ладно тебе... Бестолковая ведь тварь. И бессловесная...

- Ничего себе бессловесная! - фыркнул Бруно и передразнил: -

"Полундра! Абордаж!"

Бимс оживленно захлопал крыльями:

- Абор-рдаж! Алебарды и стингеры! Р-ракетомет! Вр-раги-недруги!

- Сам ты враг, - холодно заметил Лу.

Бимс перепорхнул на стойку бара.

- Вр-раг! Вр-раг! Шухер! Бейкер!

- Бейкер! - негромко сказал Фло, ожидая что ответит на это попугай.

- Бейкер! Хозяин! Брамселя долой!

Фло насупился.

- Хозяин, говоришь?

- Бейкер! Бейкер! Дир-рик-фал!

- "Орхидея", - в тон ему проскрипел Крис Дейзи, не отрываясь от

тарелки.

Бимс охотно сообщил:

- Тримаран! Воор-ружение! Зар-родыш! Вдребезги! Растерзать!

Фло встал, отбросил вилку и вышел из кают-кампании. За ним последовал

и Питер Зборовски. Казалось, кровью налилась даже повязка на его глазу.

- Чертова птица! - процедил Арчи. - За борт бы тебя...

0916855683968775.html
0916915681452264.html
0916999687305440.html
0917069665610848.html
0917149982469482.html